— Это все? — поразился Кулл. — Какой пустяк! Завтра же на Арене появится именное кресло для дочери Скирка. Ту распорядится.
Главный советник поморщился, представив, сколько скандалов вспыхнет из-за непредвиденной перепланировки заранее распределенных мест, но предпочел промолчать, чтобы не разгневать монарха. Обменявшись с королем еще парой фраз, Скирк поспешил откланяться. А Кулл, сидя на троне, долго размышлял о том, какие необычные просьбы звучат теперь в Зале Совета.
* * *
Вечером оружейнику Скирку пришлось принимать посетителя. Слуги доложили, что в гостиной его ожидает неизвестный юноша. Сквозь замаскированное под зеркало смотровое окно мастер разглядел устроившегося в углу зала высокого, немного неуклюжего парня с открытым лицом. Его светлые волосы были аккуратно собраны на затылке в перевязанный узкой ленточкой пучок.
«Должно быть, это и есть тайный воздыхатель моей девочки, — усмехнулся Скирк. — Она, конечно, умница, прощелыгу к себе близко не подпустит, но все же… Что-то я его раньше нигде не видел. А видеть я мог, пожалуй, всех настоящих мужчин Валузии».
Оружейник велел слуге сообщить гостю, что хозяин только что вернулся с приема в королевском дворце и скоро выйдет к нему. На лице юноши ничего не отразилось, он лишь затеребил в волнении полу своего плаща. Это понравилось Скирку, но, входя в гостиную, он нахмурил брови и постарался придать голосу строгость:
— Кто ко мне пожаловал в столь позднее время? Я устал и прошу изложить суть дела без лишних слов.
А про себя подумал: «Наверное, я сейчас похож на короля». Скирк очень уважал Кулла и порой невольно стремился походить на него.
— Меня зовут Парафт, — быстро поднявшись, ответил гость.