Скирк нахмурился и недовольно взглянул на молодого человека. Когда король говорил ему «ты», прославленный мастер считал это честью для себя. Но какой-то никому не известный юнец…
— Не знаю, где ты научился так бездарно тратить драгоценное время, — сердито сказал оружейник, — но в этом доме тебе не удастся применить это умение. Говори, зачем пришел, а не сотрясай воздух впустую.
Юноша опустил глаза, но лишь на миг, затем вскинул голову и твердо произнес:
— Я люблю твою дочь Сэлу и хочу взять ее в жены.
Бесхитростность и прямота его слов обезоружили Скирка. Мастер вдруг почувствовал необъяснимую симпатию к необычному гостю, напомнившему ему собственную молодость. Давным-давно еще совсем юный Скирк вот так же наивно и храбро вошел в дом коменданта пограничной крепости и попросил руки его единственной дочери. От возмущения комендант — видавший виды бывалый вояка — лишь потрясал в воздухе огромными кулаками. Скирк был с позором изгнан, а на следующую ночь вместе с красавицей Лиганой бежал куда глаза глядят.
Воспоминания о жене, через несколько лет после рождения дочери злодейски убитой разбойниками, омрачили душу Скирка. Он тяжело вздохнул и, присев на первый попавшийся стул, отсутствующим взглядом уставился на Парафта. Не понимая причин возникшей паузы, юноша в отчаянии прошептал:
— Сэла тоже любит меня. Спросите ее, если не верите мне.
Скирк рассеянно усмехнулся:
— Зачем спрашивать? Я и так знаю.
— Знаете? — удивился Парафт.
— Молодой человек, — устало махнул рукой оружейник. — Неужели ты думаешь, что отец Сэлы наивен, как ребенок, и слеп, как старик? Что я знать не знаю, где она пропадает по вечерам? Я выгнал прежнюю служанку, но моя красавица и с новой уже договорилась, чтоб та помогала ей тайком уходить из дома и бегать к тебе на свидания. Я же ей не чужой человек, я отец… и я никому ее не отдам, никому… то есть кому попало не отдам.