
— Кого ты имеешь в виду? — Шраддха понизил голос и невольно покосился по сторонам: не слышит ли их кто-нибудь.
Конан — из уважения к собеседнику, в котором начинал видеть своего союзника, — тоже стал говорить потише:
— Если я не ошибся, раджа Аурангзеб — туранец, а это означает, что ему пришлось свергнуть своего предшественника…
— Т-с-с! Об этом не принято упоминать.
— Стало быть, кое-что о хороших манерах здесь известно, — бросил Конан.
— Ты сам не понимаешь, какую опасную тему затронул! Последний раджа Калимегдана был настоящим выродком. Чем старше он становился, тем моложе брал себе наложниц. Многие девушки умирали. О его гареме рассказывали страшные вещи. И ни одна из женщин так и не смогла родить ему наследника. Когда наконец раджа… умер… — Шраддха поперхнулся, и Конан понял: раджа скончался отнюдь не в постели и не от болезни, но от иных причин. От ocтpo отточенных причин. Или же от причин шелковых, туго стянутых на морщинистом горле. Или же от тех, что плещутся па дне кувшина…
— Раджа умер, я понял тебя, — подтолкнул рассказчика Конан.
Шраддха пожал плечами:
— Никто по нему не плакал. Открылись многие жуткие вещи. Он практиковал черную магию. Даже богиня Кали, должно быть, содрогалась, видя, что он творит! Наследника не осталось, как я уже сказал, поэтому трон захватил наиболее достойный.
— Туранский наемник, — сказал Конан.
— Да. И все мы преданы ему.
— Что ж, у вас имеются все основания для такой преданности… — Конан вздохнул. — Что касается меня, мои планы просты: я хотел бы выслужиться и получить награду.
— Я должен испытать тебя, — предупредил Шраддха.
— Самое время, — Конан широко улыбнулся ему и вскочил на ноги. — Доставай меч. Будем биться.
Шраддха зарычал от боевой радости и в мгновение ока очутился перед варваром. Их манера боя различалась — как различались и их клинки, но в силе и ловкости один не уступал другому. Шраддха сражался кривым мечом с зазубренным с одной стороны клинком. Он наноcил удары то одной стороной меча, то другой, перебрасывал оружие из руки в руку, приседал, подскакивал — Шраддха как будто танцевал вокруг своего противника.
