Хейд был бы очень красив, если бы не самоуверенный взгляд и твердый подбородок, придававший его лицу постоянное выражение превосходства над окружающими и презрительной снисходительности. Его лицо было несколько вытянуто сверху вниз, как у типичного представителя племен Заката, что отличало их от круглоголовых ариев. Длинные светлые волосы падали на плечи, но бороды и усов не было, так как Хейд каждое утро старательно соскребал их ножом, подражая знатным райксам. Одет он был в сильно истертые куртку и штаны из выделанной кожи, и кожаные же сапоги. Было довольно тепло,и иной пошел бы по земле босиком, неся обувь за спиною, но Хейд предпочитал дополнительные трудности, только бы выглядеть более "благородно", о чем у него были свои, довольно запутанные понятия. Меч ему повезло "позаимствовать" вместе с соответствующим ремнем и ножнами, что избавило искателя приключений от лишних проблем.

Впрочем, проблемы, как правило, Хейд находил себе сам, обожая вмешиваться не в свое дело и упражняться в остроумии в самых неподходящих ситуациях. А поскольку он давненько не испытывал острых ощущений, то ожидал от нового места сюрпризов.

И еще у него было смутное ощущение, что за ним кто-то наблюдает…

В корчме, которая принадлежала хозяину постоялого двора, было весьма шумно. Хейд устроился за дубовым столом на лавке и подозвал служанку. Решив немножко поиграть в состоятельного воина, может быть - наемника, он назвал несколько дорогих кушаний, заранее зная, что их тут готовить не горазды, и наконец потребовал обычной мясной похлебки, не глядя швырнув на стол едва ли не последнюю монету. Он заметил, как расцвела служанка, покоренная его манерой поведения, и решил, что на сеновале будет заночевать очень и очень полезно. Не откажет же она "бесстрашному герою многих сражений", о которых он мог бы, сочиняя на ходу,р ассказывать часами?