Бриннер прошел в угол комнаты и присел на корточки перед одним из рабочих столов. Под столом Смартус заметил большой металлический ящик, опутанный проводами, словно кокон огромного кибернетического насекомого.

— Вы правы, — сказал Бриннер, поглаживая рукой по железному боку Суперсима. — Он уникален. И у него нет чертежа, как нет чертежа у человека. Подобно человеку, он сам свой чертеж. Кто-то назовет это удачей, кто-то откровением — то, что мне удалось в конце концов его создать.

— Вы хотите сказать, что создали Суперсима случайно?

Бриннер усмехнулся.

— Или наш создатель захотел, чтобы это выглядело как работа случая. Когда-то давно мне повезло. Я угадал решение одной сложной задачи. Я счел это авансом за мой будущий труд и дал себе слово никогда не полагаться на удачу. Я много работал, я вложил в Суперсима всю свою жизнь. И вот история как будто повторяется. Слышали притчу о неком добросердечном человеке, который просил у Господа воздаяния за благие намерения?

— И оказался с мешком золота на необитаемом острове?

— Точно. Я нахожусь в положении того добряка. С тем отличием, что своим золотом я один раз могу воспользоваться. Я задам Суперсиму один вопрос. После ответа его квантовые связи разрушатся, и я никогда не смогу их восстановить.

— Вы решили, о чем будет вопрос?

— Нет. Мне кажется, это самый трудный выбор в моей жизни.

— Не мучайтесь. Что бы вы ни спросили, вы все равно будете думать, что спросили не то. Поэтому узнайте про погоду на завтра и начните строить Суперсим-два.

— Спасибо за совет. Но боюсь, что на Супрсим-два мне оставшейся жизни не хватит. Вы собираетесь донести на меня Дугласу?

Смартус поскреб правую сторону своего обширного черепа.

— Мне тоже будет нелегко сделать выбор.

Пиф подогревал ужин.

— Вам следовало предупредить меня, что задержитесь.

— В следующий раз обязательно предупрежу, — ответил Смартус автоматически. Мысли детектива витали вокруг Суперсима и его несчастного создателя.