«Жарко ей в балахоне, — посочувствовал Денис. — Конечно, детективы Ордена не каждый день на Соль прибывают. На меня всем интересно посмотреть. Вот и мается, дуреха». Для теира он мыслил недопустимо категорично.

— Идиитте! Идиитте! Таам!

Напевность и мелодичность царили во всем. Из трех встреченных по пути вывесок одна звучала как «Моолоко», вторая «Молооко», а на третьей значилось гордое «Моорепродуулакты». Магазины располагались под изразцовыми куполами. Купола чужие, а вот старушки в очередях — наши, земные до кончиков волос. И в авоськах — вполне земная рыба, помидоры, банки.

За тот час, что Завацкий провел под безоблачным нёбом Соль, он сделал множество ценнейших наблюдений. Слова Ландмейстера подтверждались: от ресторанов и кафе в городе было не продохнуть.

Солнечный блик мелькнул на открывающейся двери. Из «Заккакусочной» выскочила пухленькая девушка и ринулась к теиру. Завацкий испуганно отпрянул, но все обошлось. Девушка припала к его ногам:

— Боже!.. Вы наконец прибыли!.. Денис сконфузился, замахал руками:

— Встаньте немедленно! Ах, господи!.. К чему это?! Глубокий поясной поклон… этого вполне достаточно…

— Нет-нет! Вы детектив, — упорствовала та. С колен все же поднялась. — Вы больше, чем посланник Ордена, вы — надежда Соль.

На белоснежных брючках остался черный след. Безжалостное солнце плавило асфальт, превращая серую корку в антрацитовые лужицы, а девушка не очень-то выбирала, куда падать.

— Смотрите, вы перепачкались!..

— Ничего, ничего, — она достала из кармана носовой платок и принялась энергично оттирать пятна. — Мы вас так ждали… так ждали!.. Ой, что же это я?! Мы ведь еще не познакомились!

Изгаженный платеж полетел в сторону. Девушка порывисто протянула руку:

— Каринэ Михайлян. Социолог при дворе Ландмейстера Соль.

— Денис Завацкий, — теир попытался поцеловать ее руку, но Каринэ ожгла его яростным взглядом. Детектив стушевался. — Извините, пожалуйста.