— Должен быть с минуты на минуту.

— Он уже здесь, — сказал Мартенс.

— Кого доставили? — спросил Гард.

— Сына.

— Пусть войдет.

Молодой человек, лет двадцати восьми, с застывшим лицом остановился перед телом убитого. Гард некоторое время молчал, давая ему возможность прийти в себя, и наконец произнес:

— Я понимаю ваше состояние, однако должен задать несколько вопросов, чтобы как можно быстрее найти преступника. Убитый — ваш отец?

— Да, это он… Я понимаю, понимаю… — пробормотал сын антиквара. — Спрашивайте… я постараюсь…

— Не могли бы вы сказать, в каких целях ваш отец использовал эту квартиру?

— Мы живем далеко от магазина… Если к концу дня у него скапливались какие-либо ценности или наличность… и он не успевал все это сдать в банк на хранение… Он привозил все это сюда, здесь сейф… и ночевал в этой квартире…

— Вы не знаете, — продолжал Гард, — вчера тоже сложилась подобная ситуация?

— Именно так… Отец позвонил домой и сказал, что купил набор старинных китайских статуэток, стоимостью в сто пятьдесят тысяч кларков… и еще у него было около двухсот тысяч наличными… и что он остается на ночь здесь…

— Ого! — присвистнул Таратура. — Триста тысяч! Вот это куш!

Гард бросил недвусмысленный взгляд на инспектора, затем вновь повернулся к сыну антиквара:

— Простите, ваше имя?

— Андре Пикколи.

— Вы не знаете, отец ни с кем не договаривался о продаже этих статуэток?

— Не знаю. Вряд ли. Ведь он их сам приобрел только вчера.

— У кого?

— Кажется, на аукционе в «Палас-отеле». Обычно такие вещи покупают там.

— Вы в этом тоже разбираетесь? Ну, я имею в виду антиквариат?

— Нет, моя работа весьма далека от того, чем занимался отец, так что я могу и ошибиться…

— Где вы работаете? И кем?

— Я режиссер телевидения…