Звонко процокали высокие каблучки, захлопнулась дверь.

— Видал? — молодцевато подмигнул генерал. — Вот, какие кадры растим! Завидуешь? Слюнки потекли? То-то же! А ты, дурик, на гражданку свалил…. Говорят, известным писателем заделался? Мол, целых две книги вышло? Ох, уж, эти писатели! Иногда такого насочиняют — хоть стой, хоть падай. Они, морды интеллигентные, нафантазируют всякого и разного, а ты после разбирайся. В смысле, тщательно проверяй и перепроверяй, усердно ища — так называемое — рациональное зерно…. Ладно, а за проведённый конкурс — спасибо тебе, братец! Выручил! Ты, соответственно, и объявляешься его единственным победителем. Вот, тебе медалька, а вот, и ящик с ирландским вискарём. Заслужил, владей! Ну, что, по сто пятьдесят? Не, в этот раз ты проставляйся, из призовых…. Предлагаю выпить — за наших славных и безупречных руководителей! Так, майор, срочно приготовь чистый носовой платок. Я сейчас плакать буду — от умиления бесконечного…. Гы-гы-гы!

Жахнули, понятное дело, ясен пень. Ещё — жахнули…

— Не надумал, часом, возвращаться в наши славные Ряды? — лукаво поинтересовался генерал. — Напрасно, родной. Ох, напрасно! Сейчас я тебе одну байку перескажу — от контр-адмирала Фёдора Головина. Знаешь такого морского орла? Ах, да! Ты же с ним года три тому назад плавал к чилийскому побережью. Как же, знаменитейшая операция "Гаучо-2"! Наслышан…. Ладно, рассказываю байку. Жила-поживала в порту датского города Копенгагена чайка по имени, э-э-э, кажется, Джонатан Ливингстон…. Ага, вроде бы так её звали…. Причём, эта чайка непросто так жила, а состояла на Службе. То есть, своевременно извещала моряков о грядущей непогоде. Когда приближался сильный шторм, то этот самый Джонатан начинал над волнами низко летать и орать — со всей дури — противным голосом, мол: — "Ждите, люди, непогоду! Не выходите в открытое море!".