Медленно протянув руку к столику, я взялся за пульт. Кончик указательного пальца подрагивал на единице. Биты постукивали и исчезали, исчезали, исчезали…
Последняя.
Отлично. Теперь моя очередь. Я нажал кнопку «1».
Снова раздался звук, и воздух снова дрогнул.
Конец визита. Я совершил несколько движений, которые должны были означать, что я намереваюсь встать, и миссис Гроддехаар поняла, что следует меня отпустить. Когда я встал, моя рука висела безвольно, словно парализованная, но я мужественно не жаловался. Прежде всего я выключил пульт, затем собрал свои поддельные экспонаты, за это время частично обретя возможность владеть рукой, и упаковал их в мешок. Хозяйка угостила меня сигаретой и закурила, выпуская клубы ароматного дыма. Я сел и тоже закурил.
— Это всё? — спросила она.
— Думаю, да, — ответил я. — Я был бы удивлен, если бы не так, но на всякий случай хотелось бы побывать здесь на следующей неделе.
— Почему это происходит раз в неделю?
— Можно только догадываться. — Я вспомнил о своих приключениях с межпространственной пленкой. — Может быть, вору приходится несколько десятков часов заряжать специальные аккумуляторы, может быть, он каждый раз калибрует аппаратуру, может быть, что-то расходуется или приходит в негодность. — Я немного подумал. — Скорее всего, дело в зарядке.
— А нет способа узнать, насколько действенным оказалось твое оружие, юноша?
— Наверняка есть, — пожал я плечами. Откровенно говоря, мне самому хотелось дома, в тишине и спокойствии, проверить действенность своей идеи, но раз уж меня сюда вызвали… — То есть я думаю, что можно было бы, но… — Я поколебался.
— Прошу дать четкий и исчерпывающий ответ, — потребовала клиентка. — В конце концов, я тебе за это плачу!
Я растрогался. Двадцатка в день — этого хватит на бензин и парковку, рядовой детектив, занимающийся делами о разводе, берет с пытающегося избавиться от супружеских уз мужа от ста пятидесяти до двухсот, иногда до трехсот. Плюс расходы. Впрочем, стоило признать, что расходов у меня почти не было. Что для меня семь сотен за бомбы?!