За этим трепом не заметили, как к нам подошел офицер в майорских погонах, сопровождаемый сержантом:

— Так, все за мной! — приказал он. Мы нестройной толпой проследовали за ним в казарму. Там он провел нас в нечто вроде актового зала, и когда мы расселись по стульям, собрал наши предписания и отдал их сержанту, который начал составлять сводный список. Пока сержант был занят этим делом, майор представился:

— Майор Ярославцев, зам. начальника штаба полка, — и тут же задал вопрос: — Кто из вас имеет боевой опыт?

Поднялись две руки. Майор кивнул, и первый поднявший руку встал с места:

— Старший лейтенант запаса Тюрин. На срочной три месяца провел на первой чеченской башенным стрелком БТР.

— А что так мало? — поинтересовался майор.

— При подрыве БТР получил ранение, а после госпиталя уже туда не послали, — пожал плечами Тюрин.

— Вольно, садитесь, — скомандовал наш опекун. Затем майор повернул голову ко второму:

— Ну, а вы?

— Капитан Баскаков! Служил срочную на погранзаставе в Таджикистане! — молодцевато вскочив и встав по стойке 'смирно', отрапортовал тот самый средней внешности крепыш, который первым заговорил со мной.

— А почему капитан? — поинтересовался замначштаба.

— Шесть лет назад привлекался в качестве переводчика при составлении контрактов на поставку военного снаряжения в Таджикистан. Ну, и кто-то из начальства написал представление, — разъяснил недоумение Баскаков.

— Так, — обвел глазами присутствующих майор. — Офицерских должностей для вас у нас практически нет. Своих, калининградских, не знаем, куда пристроить. Рядовых вот не хватает. Поэтому формируем из вас сводную роту' — отрубил он.

— Капитан Баскаков!

— Я!

— Назначаетесь командиром сводной роты 1-го батальона.