Юра вскочил:

- Мать свою я не люблю! Ее никто не любит!..

- Зачем ты так?

- А что? Она и тебя не любит. Отца не любила. И Вано не любит. Она себя любит!

- Юра! - Лена тоже встала с сугроба. - Ты не смеешь так о матери!

- Смею!

- Нет! - Лена взглянула ему в лицо. - Часто говоришь и делаешь такое, о чем потом жалеешь.

Юра ничего не ответил.

- Ждешь писем?

Юра молчал.

- Инна обижается, что не приходишь. И бабушка Фрося.

- Странно. Мой отец учился в этой же школе, а я не знал. Странно. Верно, Леша?

Она сняла перчатку, подула на пальцы.

- И мать училась. В параллельном. И тоже молчала.

Лена сказала:

- Давно было. Как и война давно была.

- Чего о войне заговорила?

- Девятый "А" ищет девятый "А".

- Сейчас придумала?

- Да. Но так должно было быть. А то один Витя со своими следопытами.

- Надень перчатку.

Лена надела перчатку.

- Замерзла?

- Нет, что ты!

- Великий ученый Шампольон еще мальчиком сказал: "Я прочту это, когда вырасту". И первый в мире прочел египетские письмена.

Лена улыбнулась.

- А мои письмена ты читаешь в своем дневнике?

- Прочту, когда вырасту! - Юра схватил Лену и посадил в сугроб.

- Ты с ума сошел! Юрка!

- Ничего подобного! - Юра и сам повалился в сугроб. - А великий ученый Шлиман еще мальчиком сказал: "Я найду Трою". И нашел ее!

Лена сидела, мотала головой, отряхиваясь от снега. Громко смеялась.

- И вообще, Майка Скурихина перед тобой просто фанера Милосская! И ничего больше!

- Юра, перестань. К нам, кажется, идет милиционер.

- Не милиционер к нам идет, а Витька.

К ним шел Тыбик.

- Чего сидите в снегу и орете?

- Диктую высказывания ученых. От формации к формации.

11

- Вано, можно к тебе?

- Да, конечно.