- То есть, ты просто из вежливости подобное говоришь? Дескать, все будет хорошо и так далее? Обычная лесть... - Последние слова Александр сказал очень тихо, рассматривая чаинку, плавающую в кружке.

- Нет! Это не лесть! Я же вижу, что вы делаете! Как все меняется вокруг вас. В крупном, глобальном масштабе я не могу судить, так как не знаю, что там происходит, а в рамках отдельно взятой Москвы, вы уже совершили чудо. - Дукмасов несколько возбудился и раззадорился из-за того, что Александр его назвал льстецом, которым он никогда не был. Это Павла зацепило. Однако сам цесаревич лишь хмыкнул, достал из ящика стола плотную папку зеленого цвета на веревочных завязочках, и передал ее адъютанту.

- Вот, можете ознакомиться, Павел Георгиевич, - тот удивленно посмотрел на Александра, хотел было что-то сказать, но передумал, и молча стал возиться с завязками картонной конструкции.

Папка оказалась уникальной. Александр собирал в ней сухую выжимку по своим бухгалтерским и стратегическим заметкам, включая разведывательную информацию и воспоминания. Битый час Павел Георгиевич увлеченно рассматривал листочки, написанные твердым почерком Его императорского высочества и которые, вероятно, до сего момента никто не видел, кроме самого Александра. Конечно, цесаревич рисковал, показывая еще одному человеку столь важные документы, однако, запомнить что-то значительное из материалов, предоставленных ему для чтения он вряд ли смог. То есть, риск был невелик.

- Все равно я вас не понимаю. Судя по материалам этой папки, - Павел слегка потряс пачкой документов, - вы создали огромную финансовую империю, которой ничто не угрожает. За столь малый срок добиться подобного решительного успеха - впечатляющий результат.

- И что с того? Ну, допустим, заработал я огромное состояние. Какой с этого толк? Лично я могу совершенно спокойно прожить и на то содержание, что мне положено по законам Российской Империи.