– Это необычно. Как вы думаете, это связано с тем странным событием в день смерти моего отца?

– Безусловно. Я думаю, что мы имеем дело с ситуацией, аналогичной той, когда от страха или боли люди седеют, трезвеют или стареют. Александр сильно переживал болезнь и смерть Николая Павловича. Видимо обстоятельства так сложились, что это чувство было многократно усилено. Очень опасная вещь. Я посоветовался с нашими лейб-медиками, они говорят, что такие потрясения очень вредны для здоровья. Но не в нашем случае. Да и вообще, я не могу сказать, что результат плох.

– Согласен. Вы думаете, Саша так и будет ускоренно взрослеть?

– Не думаю. Если, конечно, с ним не случатся какие-либо аналогично тяжелые потрясения.

– Хорошо. С этим все ясно. Что с британской и французской миссиями?

– Точно установлено, что они держат великого князя под практически круглосуточным наблюдением. Ради чего – неизвестно. Вероятнее всего в этих миссиях тоже заметили изменения в Александре и решили пока присмотреться к нему, как к потенциальному союзнику при дворе. Пока говорить о таких делах рано, но им, как я мыслю, нужна хорошая наживка, чтобы поймать эту рыбку на свой крючок. Причем, следует отметить деталь – эти службы конкурируют.

– А почему Александр? Зачем он им нужен? Он же не наследник престола и скорее всего выберет карьеру военного, если судить по его интересам.

– Этого нам не известно. Игра многоходовая. Многие фигуранты нам неизвестны. Я не исключаю возможности причастности ряда солидных персон из вашего двора к этому делу.

– Вы можете назвать фамилии?

– Нет.

– Почему вы пришли к такому выводу?

– Уровень осведомленности британской и французской миссий поразительный, по крайней мере, всплыло много таких деталей, которые люди со стороны знать не могли. Ничего секретного, однако, наводит на мысли.

– Займитесь этим вопросом. Я хочу знать, чего именно эти шакалы хотят от моего сына. Но подберите для слежки более компетентных людей, этих даже ребенок смог вычислить.