Профессор Сергиенко со своей командой занял ангар, в котором ранее он же и работал. Сейчас учёные всё делали в спешке, стараясь успеть провести первые опыты как можно быстрее, дабы отчитаться перед президентом. Сергиенко следил, дабы спешка не помешала делу, но, слава Богу, работали профессионалы, и вскоре аппаратура была налажена, каналы связи настроены и объект был готов к работе. В ангаре, построенном над бывшей тут семь лет назад аномалией, собрались практически все участники второго проекта. С двух сторон работавшего ранее тут прохода между мирами стояли установки, чуть не соприкасаясь выходящими из них широкими трубами с раструбами на концах, толстые кабеля от которых тянулись к аппаратуре, стоящей в ангаре.

— Начинайте, — крикнул срывающимся от волнения голосом Сергиенко.

Трубы аппаратов загудели, так продолжалось несколько минут, казалось, что ничего не происходит. Однако пунцовый от волнения Сергиенко, с надеждой вглядывался в дисплей, выводящий данные о состоянии поля в месте работы аппаратов и что-то объяснял находящимся рядом коллегам.

— Проход будет открыт, если мы увеличим мощность аппаратов!

— Когда это будет, сегодня успеете? — осведомился Матусевич.

— Да, конечно сегодня. Но понадобится некоторое время, — ответил Сергиенко.

Майор кивнул и отошёл. Профессор понимал, что главный на площадке это майор, но с этим приходилось мириться — полный контроль был более чем логичен в таком проекте. Через несколько часов, после настройки оборудования и тестов аппаратура была готова для второго запуска.

— Давай, — Николай Валерьевич махнул рукой. Опять раздалось мерное гудение. Матусевич изменился в лице — на него начало действовать то колебание пространства, что в своё время замечали первые исследователи.

— У меня нутро ходуном ходит! Это нормально?! — выкрикнул он Сергиенко.