В капитанской землянке, выбитой в скальной площадке пятью блиндажными зарядами,

Сержант быстро осмотрелся: письменный стол, поставленный на попа доисторический фибровый чемодан, на котором, прикрытый белой тряпицей, возвышался двухкассетный «Панасоник», грубо сваренный из стальных листов сейф, «буржуйка» у дальней стены и портрет Кутузова, поперек мундира которого тянулась бело-сине-красная лента. Путин, разумеется, тоже имелся — он с ехидной усмешкой следил за офицером из стоящей на столе деревянной рамочки.

— Тоже чувствуешь? — проследил за взглядом подчиненного капитан и медленным движением огладил свою лысину. — Полдня откуда-то паленым воняет. А где тлеет — найти не могу.

— Может, провода аккумуляторные перетерлись? — предположил Матях. — Теперь слегка подкорачивают, вот изоляция и горит.

— Да проверял я, все нормально. — Однако Ратников встал, провел большими пальцами под ремнем, поддерживающим уже заметный животик, потом заглянул за сейф. Именно там тянулась «полевка», уходящая от магнитофона через стену к аккумулятору бензинового генератора. — Нет, все в порядке.

Капитан устало вздохнул, вернулся за стол, снизу вверх посмотрел сержанта:

— Ну что, Андрей, не надумал на сверхсрочную остаться? Дадим направление в школу прапорщиков, характеристику хорошую. Место тебе в нашем округе гарантировано.

— Не, товарищ капитан, — мотнул головой Матях, — не уговаривайте. Я лучше домой, по специальности.

— Ну какая специальность? — откинулся на спинку стула офицер. — Ты на себя в зеркало когда-нибудь смотрел? Ты можешь себе представить программиста ростом сто девяносто два сантиметра и больше метра плеч в диаметре?

— В чем? — изумился сержант.

— Ну, в этом, — с усмешкой развел руками начальник заставы. — На что китель надевают.