Девочка, а я ведь совсем про тебя забыл.

– Ваша светлость – послышался рев Проухва – быстрее сюда.

Так, шлюпка у борта и если сейчас ее не займем мы, то она достанется хозяевам.

Корабль уже касался ноками рей воды. Сейчас он достигнет точки неустойчивого равновесия и все, на ровный киль ему уже не встать. У него останется только один путь, перевернуться кверху дном. У нас это называется оверкиль, а вот как это называется здесь, я все еще не знал.

Мириам соскользнула по наклоненной палубе к самому фальшборту, и, не будь его, свалилась бы в воду. Туда, где у самого борта мелькали стремительные тени акул и виднелись их плавники.

Сейчас девочка, сейчас, мы ни за что тебя здесь не оставим. Ухватив все еще визжащую девушку за ворот, я чуть ли не волоком потащил ее за собой. Прошка был уже в шлюпке и бешено вращал глазами в поисках чего-либо, чем можно перерубить канат. Этого не требуется, морские узлы тем и отличаются от всех остальных, что надежны, легко вяжутся и не менее быстро их можно распустить. Местный узел ничем не отличался от знакомых мне по прежнему месту жительства на планете Земля.

– На весла – заорал я ему на имперском, отталкивая руками шлюпку от гибнувшего корабля.

Не хватало еще, чтобы по нам начали стрелять сейчас, когда мы совсем рядом. Не сомневаюсь, всем им сейчас не до этого, но я привык, что моя судьба всегда выбирает самый плохой сценарий.

Тресь – и в руках Проухва оказались две половинки весел. Мать твою, ты хотя бы немного соизмеряй свою силу с тем, что попало тебе в руки.

Ничего, шлюпка четырехвесельная и грести я умею.

– Держи румпель прямо! – это уже снова Прошке. Вот же моряк хренов, уж такие-то слова он должен знать. Очень трудно грести, держа направление, когда перо руля прижато к транцу кормы.