- Пока нет, - весело ответил он и снова уткнулся в свой номер «Попойки».

- Итак! - Брэкстон хлопнул в ладоши. - Кажется, я представил всех. Не обращайте на нас внимания, Нонетот. Считайте, нас здесь нет.

- Значит, вы просто наблюдатели?

- Именно. Я…

Какой-то шум за сценой заставил его замолчать.

- Эти ублюдки! - вопил кто-то визгливо. - Если в понедельник они посмеют на мое время поставить повтор «Бонзо-вундерпса», я из них на суде все бабки выжму, до последнего пенни!

В сопровождении свиты помощников в студию ворвался высокий мужчина лет пятидесяти пяти с красивым точеным лицом и роскошной седой шевелюрой, весьма смахивавшей на полистироловый парик. Сшитый явно на заказ костюм сидел на нем безупречно, а пальцы были унизаны золотыми перстнями. Увидев нас, вошедший застыл на месте.

- А, - пренебрежительно процедил Эдриен Выпендрайзер. - ТИПы…

Его свита суетилась вокруг, бестолково демонстрируя рвение. Казалось, они ловят каждое слово и мановение руки босса, и я искренне порадовалась, что шоу-бизнес - не моя стезя.

- Мне не раз доводилось сталкиваться с вашими коллегами в прошлом, - объяснил Выпендрайзер и уселся на свой фирменный зеленый диван, видимо полагая его надежным убежищем. - Именно я окрестил вас «лохоТИПами» и употреблял это словечко всякий раз, когда ТИПА-Сеть постигал очередной оперативный облом… пардон, когда случалась ТИПА-нештатная ситуация, - так это у вас называется, верно?

Но Пшикс пропустил выпад Выпендрайзера мимо ушей и представил меня так, словно я была его единственной дочерью на выданье:

- Мистер Выпендрайзер, это мисс Четверг Нонетот, ТИПА-офицер.

Ведущий вскочил, подбежал ко мне и в своей энергичной манере преувеличенно долго тряс мою руку. Скользом и прочие сели. В пустой студии они казались маленькими-маленькими. Уходить они не собирались, да и Выпендрайзер на этом не настаивал. Я знала, что канал «ЖАБ-ньюс» принадлежит «Голиафу», и начала сомневаться: а что, если хозяин зеленого дивана в своих интервью не произносит ни слова без ведома корпорации?