Нас разбудил проводник. Справа за окном вагона была сплошная темень, а слева розовело, мелькали столбы и деревья, как будто поезд мчался по самой границе дня и ночи.

Я первый спрыгнул с подножки, а отец, уже на ходу, за мной, потому что на нашей станции поезд стоял всего одну минуту.

Нас никто не встречал. Я поежился: было холодновато.

— Наверно, дед проспал, — сказал отец. — Ладно, доберемся как-нибудь сами. Красиво как! Смотри. — Он остановился, когда мы переходили запасной путь.

— Что красиво? — спросил я.

— Под ногами у тебя. Роса на рельсах… розовые капельки от зари… И шпалы от росы побелели.

— Ну и что? — я пожал плечами.

Отец наверняка стал бы спорить, ругать меня роботом, если бы вдруг не увидел около станции спящего в телеге дедушку. Невыпряженная лошадь дремала, низко склонив голову над охапкой сена.

Когда мы подошли ближе, она вздрогнула, всхрапнула и переступила с ноги на ногу, а дедушка заворочался, но не проснулся.

Отец натянул ему на голову бушлат, закричал: «Уа-ах!» — и засмеялся.

Дедушка заворочался под бушлатом:

— Не напугаешь! Не ахай, — потом сел, протер глаза, расцеловался с отцом и хотел расцеловаться со мной, но, взглянув на меня, продрогшего, только жалостно скривился.

Отец виновато сказал:

— Отличник он… Кибернетикой занимается.

— Поехали, — хмуро сказал дедушка.

Я вырыл норку в теплом сене, поудобнее улегся, и лошадь с места пошла рысцой.

Дедушка с отцом сидели впереди, свесив ноги с телеги, и разговаривали о какой-то красавице-церкви, которую хотят снести преступники-дорожники.

Отец изредка оборачивался и говорил:

— Смотри, березняк какой! Будто табунок белых жеребчиков скачет… А озерко! Голубое, и кувшинка как зрачок! Смотри на природу-мать, физик!

Я молчал, притворившись спящим, а сам думал:

«В нашем веке красота не в березняках и кувшинках… Красота в лабораториях, где ничего лишнего. Одни приборы, строгие, умные, и каждый помогает раскрывать загадки природы. А отец только: «Ах, красота! Ах, природа!» Прямо как девчонка, нюхающая ландыши. Ей и в голову не приходит, что над разгадкой природы запахов бьются лучшие умы человечества».