А потом, когда они вдоволь нагулялись, их встретил Алексеев. Вместе они выехали на окраину Варшавы, и инженер открыл «окно» в шестнадцатый век. Изумленный Янек увидел, как по Краковскому тракту (не заасфальтированному шоссе, а по грунтовой дороге) в Варшаву едет магнат со своей свитой.

Выйти в тот мир отец Янеку не позволил, справедливо заметив, что мальчик не одет в соответствии с эпохой, и это может быть чревато большими неприятностями при контакте с местными жителями.

Теперь они вернулись в квартиру Басова. Швейцар уже весьма доброжелательно посмотрел на одетого «в полном соответствии с приличиями» мальчика. Когда они вошли в столовую, Крапивин сидел за обеденным столом и как-то рассеянно смотрел в поставленную перед ним пустую тарелку. Басов кочергой с витой ручкой ворочал горящие поленья в камине.

— Прислуга вернулась, — сообщил он. — Я попросил обед приготовить на четверых. Сейчас будет.

— Хорошо, — кивнул Чигирев, усаживаясь за стол.

Через пару минут миловидная горничная внесла в столовую супницу, из которой распространялся аппетитный запах. Чернина с клецками,

— Угощайтесь, панове. Приятного вам аппетита, — сказала горничная по-польски и удалилась.

— А прислуга у вас польская, дядя Игорь, — заметил Янек.

— Но мы же в Польше, — спокойно ответил Басов, принимаясь за суп.

— Но ведь вы русский, — не унимался Янек.

— Я человек, который живет, не вступая в противоречия с окружающей его действительностью, — уклончиво ответил Басов.

Несколько минут они молча ели. Янек украдкой разглядывал новых знакомых и сравнивал их про себя. Отец и Алексеев показались ему людьми умными, но немного занудными.