Когда сам Станислав Гагарин задал подобный вопрос Иосифу Виссарионовичу, представляющему Зодчих Мира, галактических небожителей, прибывших на Землю, вождь, хитро ухмыляясь в усы, ответил:

— Завидуют, понимаешь… Нет, ни литературному или там материальному успеху, с этим у вас как раз, выражаясь по-современному, перманентная н а п р я ж ё н к а. Завидуют тому, что вы не плачетесь никому в жилетку, никогда не опускаете рук, уверены в себе, вечно деятельны и энергичны. Да вы просто лучитесь, понимаешь, оптимизмом!

Вождь хмыкнул.

— Такое почти каждому трудно перенести, — сказал он. — А завистливому и мелкодушному российскому коллеге-письме́ннику и вовсе невозможно. Да и  л и з у н о м вы не были, не будете им никогда, молодой человек. Порода не та, понимаешь!

О романе «Вторжение», из которого мы привели эти знаменательные слова, писать надо отдельно, двумя словами о необыкновенном по фантасмагоричности сочинении не скажешь.

Роман «Вторжение» читать надо…

VII

Но прежде чем мы перейдем к следующей главе, напомним случай, описанный нашим сочинителем в романе «Вечный Жид», который являет собой как бы изложение необыкновенных событий, имевших место быть после романа «Вторжение».

Станислав Гагарин пишет о том, как порассуждав с Блаженным Августином и Артуром Шопенгауэром о  з а в и с т и, как главном источнике любого з л о ж е л а т е л ь с т в а, Папа Стив позвонил Татьяне Павловой, верной помощнице председателя Товарищества Станислава Гагарина.

— Вот о зависти написал, Танюша, — сказал он, — всесторонне исследую понятие Зла, понимаешь… И вновь ломаю голову над вопросом: мне-то почему завидовали всю жизнь? Ни состояния, ни литературного успеха, ни тебе почетных выборных должностей, ни хвалебного трёпа в прессе, ни в одной загранкомандировке, как писатель, не был… Почему?

— Завидуют уже потому, что вы всегда, во всем и всюду индивидуальны, Станислав Семенович, — ответила умница Татьяна.