— Подзаработает парень… А когда вернется, не сказывал?

Любима пожала плечами:

— Кто знает? По этакой-то погоде, может, и к вечеру придет, если к дружку своему не заскочит, Вятше. — Девушка вдруг тихонько засмеялась и, обхватив Ярила за шею, шепнула на ухо: — А ты про Порубора просто так спрашивал?

Юноша вздрогнул и тоже рассмеялся: ну, умна дева, догадлива. Конечно же, не просто так он про Порубора выспрашивал, дело к нему имел небольшое. Хотел Ярил летом заимку сложить в тех местах, куда Порубор людей знатных на охоты водит. Все честь по чести: просторная изба с конюшней, частокол от зверья всякого, амбары — этакий постоялый двор, только не для купцов, а для охотников. Он хозяин — за сезон серебришка подкопить можно, и от гостей, и самому охотой промыслить. А потом уже и свататься. Не голь-шмоль какая-нибудь — хозяин! Пожить однова там, в лесу, с Любимой, можно и делянку распахать, да завлечь крестьян-смердов, со временем оно и получится, как задумано. А в Киеве — Ярил то хорошо понимал — ему жизни нет, покуда Дирмунд-князь властвует. Мечислав-людин, враг Ярилин давнишний, князя — доверенное лицо, вот так-то! Мечислав мстителен, не даст заниматься никаким делом — не убьет, подослав людишек, так разорит! А про заимку-то покуда еще прознает, да, может, и не прознает вовсе. Вот бы и хорошо все устроилось — и дело верное, и рядом с Киевом, с Любимой! Надоело уже Ярилу на чужой сторонушке счастья да богатства пытать, никак не хотел он больше расставаться надолго с суженой.

— Кажется, неплохо ты придумал, Яриле, — выслушав его несколько сумбурную речь, улыбнулась девушка. — Постоялый двор… Порубор жаловался — инда б и отдохнули б охотнички-гости, да негде. Вот, будет теперь — где…

— Хорошо б близ дороги дворище поставить, — вслух рассуждала Любима. — Иль хотя бы дорожку к нему провести, чтоб купцы знали — вот и еще лишний навар, вернее, совсем не лишний. Однако… — Она вдруг смешно сморщила нос. — Однако лесных шишей-лиходеев в округе полно, чай…