***

— Бортжурнал: начало процедуры запуска. Код оператора: SSU-765X, капитан Вольфр-Икаруга.

— Принято. Добро пожаловать на борт, капитан Вольфр-Икаруга.

Щелк, щелк. Панорамный монитор кабины ожил, демонстрируя, наконец, изображение с глаз-камер штурмового комплекса. Я вставил ключ активации в гнездо на приборной панели, повернул его, откинул стеклянный колпак управления реактором и перевел выключатель из положения "откл" в положение "прогрев".

— Реактор в режиме "прогрев". Выработка электричества на 5 % мощности.

И какой умник встроил голосовое подтверждение? Эш-ка, может быть, и не из разряда самых логичных человеческих изобретений, но когда машина с тобой разговаривает — это уже чересчур. В конце концов, я вожу тяжеловооруженную боевую машину на ядерном ходу(ну, низкотемпературном ядерном, но не суть), а не какого-то супер-робота из японских мультиков!

Я? Ох, простите. Я забыл представиться. Лелуш Вольфр-Икаруга, к вашим услугам. Часть этой истории я буду пересказывать со своей точки зрения, ничего не утаивая. Еще раз прошу прощения за лирическое отступление.

— Выработка электричества на 15 % мощности.

— Антонеску! — гаркнул я, слегка нажимая пальцем на ушную раковину; шлема я пока не надевал.

— Слушаю. — отозвался в ухе голос главного техника эш-ка, Александера Антонеску.

— ПТУР на правое плечо, ЗРК на левое. Как всегда. Пулеметы зарядили?

— Почти. Мины и дымовые шашки уже загружены, если что.

— Спасибо.

Антонеску молча "положил трубку", но в ухе послышалось назойливое "дзынь-дзынь". Я опять надавил на ухо:

— Ну как ты? Все в ажуре? — невинно осведомился Второй.

— Да пошел ты!

— Я тебя от чего-то оторвал важного?

— Ты мог бы выйти и крикнуть, я еще не закрыл люк.