Тут же Спайка оглушила темнота. Темнота и тишина. Все отрубилось. Словно он разом ослеп и оглох. Спайк почувствовал, что если сейчас ничего не произойдет, он сойдет с ума. Верняк.

Он содрал с головы нет-очки. Негромко зашелестел за окном город. Спайк посмотрел на стены комнаты. Его комнаты. Хоть тут все по старому.

Вот вляпался!

Спайка замутило, а потом вырвало на пол. Он, шатаясь, встал из нет-кресла (датчики отлеплялись с неохотой, словно пиявки), но ноги от страха тряслись так, что Спайк упал бы, не схватись за спинку «НетВорда».

О, винт! О, блин, долбанный винт!

Дэн! Дэн мертв. Ден, ресет чувак, мертв!

В доме тихо, наверняка отец и ма спят. А вот завтра…

Родители, винт, что им говорить? Как им объяснить все это. Нарко-прога. Противозаконное деяние. Завтра утром, едва они оденут свои нет-очки — пойдут на работу… Наверняка единственное, что они смогут сделать это увидеть сообщение: "Ваш сын — преступник, все деньги блокированы, ждите его наказания".

Спайка вновь вырвало.

Ничего, он, в конце концов, их сын, что они сделают?

Что они могут сделать? Вот вопрос.

Дэн мертв, чувак. Твой лучший кореш мертв.

Дэн!

Винт, все из-за долбанной ссылки! "Верняк", — сказал Дэн. Фигня! БлюРей подвинтил трояна. Это вот верняк.

В голове толпились сотни мыслей. Все были бредовыми и все Спайк хватал, надеясь понять: что делать. Что ему делать!

Лучше бы он тоже умер, как Дэн. Ну почему он не умер?

Все дело в «раздражалке». Или в запахогенераторе. У Дэна было такое старье. Винт, он еще говорил, что чем старее, тем ярче, насыщенней. Ярко — мертво.

Как жить дальше…