За такую фигню людей от сетки отключают. Так еще говорил Дэн. Ему каюк теперь.
Тебя тоже отключат, пронеслось в голове Спайка. Все, чувак. Больше ни ТВ, ни игрушек, ни клубов. Ни даже отстойной Низины. Даже школа теперь закрыта тебе, чувак. Хак-нарко-преступник.
Спайк сполз на пол. Жить в реале, как это? Что он знал здесь? Кем быть здесь?
К кому теперь можно обратиться за советом? Спайк заскулил от отчаяния.
Пойти, надо куда-нибудь пойти. И там спросить.
Ага, типа я преступник, что мне делать дальше.
Винт!
Спайк подполз к окну, встал. Он глядел на светящийся город внизу. Город жил, переливался пестрыми огнями. Когда Спайк последний раз гулял там? Без нет-очков, просто… по улицам? Он не помнил Что ему было там делать, в этом подмигивающем разноцветными индикаторами городе? Его единственный друг, Дэн, там. Был. Что?
— Тебя нет, — прошептал Спайк. — Нет тебя.
Ничего нет. Нет этих светодиодов, нет города, нет ничего. Нет реала.
Реал остался там, его убили. Сначала он убил Дэна, теперь нет и его.
Спайк открыл окно.
Теплый воздух ударил. Голова пошла кругом.
— Нет тебя, — сказал Спайк. Это не ветер, это всего лишь… хак-нарко.
Он залез на подоконник.
Вдохнул. Воздух… ничем не пах. Зноем, пылью. Нет тебя.
А есть ли ты?
Спайк эт Джонсон, пятнадцать лет, пол мужской…
Net тебя!
Reset.