– Три, два, оди...

Звук повис в воздухе, не дав договорить фразу до конца. Время остановилось. Боль проникала сначала в пальцы, потом глубже. Глаза то болели от яркого света, то как бы слепли от темноты бездны, в которую их бросила адская машина. Каждому, но по-своему, казалось, что он вдруг умер. Остановилось сердце, кровь не пульсировала в жилах. Им казалось, что души отделились от тел и не хотели возвращаться назад. Смерть в глазах. Раздался хлопок, взрыв и звонкая "Н" голоса О'Нил.

Но потом всё кончилось.

Сначало было трудно дышать. Глаза слезились. Болели суставы. Капитан Блэк пересилил себя и спросил:

– Все живы?

– Кажется да, – ответил Мистер Джонсон, вставая и отряхивая свою форму.

– Мама, мне больно! – закричала Джулия. Она плача подбежела к женщине, которая тоже выглядела сейчас не лучшем образом.

– Ну, милая, – говорила Мимис Джонсон, поглаживая девочку по голове и обтирая ей слёзы, – успокойся. Я здесь, а значит всё хорошо.

О'Нил подошла к иллюминатору и восхищённо проговорила:

– Вы только посмотрите на это чудо! Это потрясающе.

Да, это было действительно очень красиво: белая звёздочка светила изо всех сил. И она была совсем рядом. Рукой подать...

– Сколько мы здесь пробудем? И какой сейчас день в конеце-концов, О'Нил? – спросил Том.

– Я не знаю точно. Когда мы столкнулись с метеоритом, вероятно, произошёл взрыв, который повредил навигацию и ещё много чего... Лететь сейчас мы не можем. Мне нужно время.

– Сколько Вам нужно времени, чтобы залатать и исправить? – задал вопрос Блэк.

– Ну, если Вы мне поможете...

– Я вашем распоряжении О'Нил.

Капитан и штурман спустились в машинный уровень и там начали ремонт шатла.