Обычная работа полиции. Вбежать вверх по лестнице, паля из всех стволов, вышибить дверь на втором этаже. Кто там уцелеет из заложников, уже неважно…

Никаких заложников тут не было. Пятерых преступников удалось размазать по стенам и потолкам в течение одной минуты. Бандит с самой гнусной физиономией попал в плен живым. Одно из помещений было забито аппаратурой. Похоже, контрольно-измерительной, как и положено на белковой фабрике — чтобы прионы не завелись. Здесь бандиты прилично уже порезвились, все раскурочено, перевернуто, разбито. Они тут что-то искали.

— Люди Охотника тут непременно нашли бы кое-что, если б мы не подоспели в последний момент, — прокомментировал Вольф. Затем обратился к пленному, на голове которого он удерживал пятнышко лазерного прицела. — Иди-ка, хлопчик, высунься изо окна и прокричи, что взял в плен трех офицеров полиции. Тогда ты нам подаришь немного драгоценного времени, а себе кучу удовольствия.

Ред непроизвольно замотал головой. Что еще за фокусы? Вольфа контузило, он рехнулся? Может не медля пришить его, пока он держит на мушке бандита, а другой полицейский возится с аппаратурой?

— Не торопись, парень, — сказал Вольф Реду, хотя смотрел совсем не на него. — Я знаю, даже юнец может быть страшен в страхе, но сейчас нажми на тормоза.

— Кто вы?

И хотя Вольф еще не повернул к нему свое лицо, Ред понял, что оно уже изменилось. Преобразилась и фигура. Никакой теперь не Вольф, не приземистый «боровичок», а тощий и длинный Ома. Если точнее, это симулант, судя по быстроте и точности изменений.

Тело у симулантов изменчиво потому что насыщено полиморфантными наноструктурами. Это тело управляется не человеческим мозгом, а сетью из миллионов внутриклеточных процессоров.

Гиперкомпьютер Метатрон оказался не вычислительным орудием, а руководителем Организации.