– Два века назад полет на таком корыте как Сол-3 был бы подвигом. Теперь, в эпоху более совершенных кораблей, это был подвиг идиотизма.

Полчаса спустя он вручил пилоту план курса, позволяющий «Балбесу» извлечь почти половину расходов энергии из разности в лучевом давлении ревущего ада пространств высших уровней компоненты. Она посмотрела его равнодушно, а потом, заметив потраченное время, посмотрела на Роки с любопытством.

– Довольно быстро, – сказала она.

– Благодарю вас.

– На глупого ты не похож. Отчего же такая глупая ошибка, а?

Роки насупился:

– Я считал, что вы решили не интересоваться моими делами. Она снова вздохнула и сделала вид, что так оно и есть на самом деле.

– Космическая контрабанда могла бы стать концом всех цивилизаций Галактики, – продолжал он. – Это было уже доказано. Миллион людей на Тау-2 умерли потому, что кто-то провез тайком на планету партию иносистемных животных – для желающих держать их дома ради развлечения. Я поступил так, как подсказывал опыт истории.

– Я стараюсь не интересоваться вашими делами, – проворчала она, кисло глядя на Роки.

Роки умолк и наблюдал, как она оперирует лучевыми экранами, чтобы иметь возможность поймать максимум энергии вокруг пожара силовых полей. Роки подумал, что она могла бы быть и полюбопытнее. Им придется выносить друг друга еще несколько месяцев.

– Значит, ты считаешь, что это была ошибка, – заговорил он снова.

– Как и все остальные. И это очень неприятно видеть.

Она презрительно фыркнула, не прекращая работать:

– Там, где я родилась, мы дураков не наказываем. Нет нужды. На Далете они просто долго не проживут.

– Значит, по вашим меркам, я – дурак?

– Почем я знаю? Если вы дожили до зрелого возраста и получили, что хотели, наверное, вы не дурак.

Вот вам, подумал Роки, золотое правило далетца. Если вселенная позволяет вам существовать, то вы в порядке. И в этом была доля правды, быть может. Человек рождался с одним правом – правом доказать, на что он годен. И право было основой всякой культуры, хотя большинство цивилизованных миров старались определить «годность» в более мягких терминах культурных ценностей. Там же, где жизнь была тяжела, пользовались терминами выживаемости.