Щель расширилась и, к нашему облегчению, вывела нас в другую пещеру, которая перешла в очередной узкий коридор. Рэнди шла впереди, за ней - Нихил, затем я, Кэти и Сэм.

Сэм напоминает мне краба, нарисованного кубистом, или небольшую газонокосилку без рукоятки, на тараканьих ножках вместо колес. Он умеет ясно выражать свои мысли и весьма остроумен, снабжен полным набором искусственных эмоций и заранее записанных юмористических диалогов. Сэм служит нашим экспертом по известным вещам. Но он с большим трудом разбирается в том, чего раньше не видел, и не может вообразить того, что не хранится в его памяти, так что обычно он идет в хвосте колонны.

К концу дня мы преодолели двадцать восемь километров и приблизились к центру маленькой планеты еще на восемнадцать километров. По-видимому, дорога наша вела именно туда, хотя, по мнению Нихила, мы шли по хорде, проходящей примерно в пятидесяти километрах от центра, где миллиард лет назад соединились две основные глыбы.

Я говорил себе, что это бесполезная затея, не имеющая шансов на успех. Но насколько все-таки лучше, насколько человечнее бороться с судьбой, вместо того чтобы просто ждать смерти.

Этим вечером мы ели парами, в своих палатках.

На пятый день мы застряли.

В то утро Рэнди разбудила меня, ощупывая мое тело, устраиваясь поудобнее рядом со мной среди эластичных простыней, которые крепко прижимали нас друг к другу. Каким-то образом эротический сон, который мне снился, перешел в реальность, и я лишь на миг удивился ее приходу.

- У тебя появились новые синяки, - сказал я, посмотрев на нее.

Ее глаза оставались закрытыми.

- Доброе утро, - пробормотала она и снова обняла меня. Время замедлило ход, когда я проник в ее неумолимое,

жадное естество.

Но время, разумеется, нельзя остановить. В наушниках наших шлемов запищал утренний звонок Сэма, к счастью, он не успел помешать части моего тела стать частью Рэнди. Сэм напомнил мне, что если мы хотим выбраться из пещер Миранды, то придется наверстать упущенное время.