Очевидно, она не заметила еще Малин, которая пряталась за спиной капитана.

— Этот будет из очень мощной церкви… очень мощной! — дрожащим голосом отвечал хозяин. — Он изгонит тебя, демон-недоросток! У него ты пуговичек не посвистываешь! Давай, свисти, сколько влезет! Кончилось твое время! Можешь тут все переколошматить…

Ливит задумчиво посмотрела на хозяина, моргнула.

— Это можно! — сказала она.

— Но если только сунешься вниз, — продолжал хозяин, повысив тон, — в куски разрублю, маленькие-маленькие кусочки!

Он поднял руку и вяло помахал неким предметом, в котором капитан к своему ужасу узнал старинный, но все еще острый боевой топор.

— Ха! — хмыкнула Ливит.

— Я прошу прощения, — прокашлявшись, поспешил обратить на себя внимание капитан.

— Добрый вечер! — повторил хозяин лавки, не повернув головы. — Чем могу быть полезен?

— Я хотел кое-что узнать относительно этого ребенка, — нерешительно сказал капитан.

Хозяин шевельнулся, уставился на капитана. Глаза у него были усталые, красные.

— Вы не Святой! — воскликнул он.

— Привет, Малин! — крикнула Ливит. — Это он?

— Мы пришли тебя выкупить! Прикуси язык!

— Ладно! — согласилась Ливит.

— Выкупить? Вы издеваетесь надо мной?

— Тихо, Мунель!

В дверном проеме дальней стены появилась темноволосая женщина решительного вида. Она сделала шаг вперед, оказалась под полками. Ливит свесила голову и зашипела. Женщина поспешила отступить обратно в проем.

— Может, он не шутит, — сказала она, понизив голос.

— Продавать гражданам Империи запрещено законом, — обреченно сказал владелец лавки.

— Я не гражданин Империи. — На этот раз капитан не собирался называть родную планету.

— Нет, он с Никкель… — начала Малин.

— Замолчи! — в отчаянии оборвал ее Позерт.

— Не слышал я о такой планете. Никкель… — с сомнением пробормотал хозяин.