— Нам надо немедленно пресечь подобные мысли. Командир экспедиции — я. Я ценю, что ты взял руководство на себя, пока я… как ты это сказал? Неважно себя чувствовала. Но тебе следует больше внимания уделить социальной стороне нашего положения. Если кто-то здесь и является ресурсом, то это ты и Мартин Рэлстон, поскольку вас мало. Здесь возникнут некоторые острые вопросы, которые придется решать; но пока что мы будем действовать как команда, под моим руководством. Мы сделаем все возможное, чтобы ослабить конкуренцию среди женщин из-за мужчин. Вот как это должно быть. Ясно?

Ответом ей были кивки голов. Она не обратила на них внимания и ринулась дальше.

— Я с самого начала задавала себе вопрос: зачем тебя взяли в эту группу, Крофорд? — Она медленно прохаживалась взад-вперед по тесной кабине. Остальные почти бессознательно уступали ей дорогу, за исключением Рэлстона, который так и сидел, закутанный в одеяло. — Историк? Ясно, это была блестящая мысль, но лишенная практического смысла. Я должна признать, что думала о тебе как о роскоши, о чем-то столь же полезном, как соски у мужчины. И люди из НАСА ошибались. Корпус Астронавтики яростно боролся против твоего участия в экспедиции, поскольку для этого будет достаточно времени в последующих полетах. Нас ослепляла наша верность философии летчиков-испытателей, присущая космонавтам. Мы не любим думать о себе как о паромщиках. Мне кажется, во время полетов «Аполлона» мы показали, что не хуже других можем выполнять работу ученых. Мы рассматривали тебя как какое-то оскорбление, как пощечину, которой ученые из Хьюстона решили показать нам, как низко упал наш статус.

— Если бы я мог…

— Помолчи. Но мы ошибались. В твоем досье я прочла, что ты основательно изучал проблемы выживания. Скажи честно, как ты оцениваешь наши шансы?

Крофорд пожал плечами: вопрос вызывал неловкость. Он не знал, подходящее ли время даже размышлять о том, что они могут потерпеть неудачу.