— Посмотрим, что же нам известно. Во-первых: теперь, когда Лу погиб, очень мало шансов, что нам удастся взлететь. Это в случае если Мэри не думает, что ей удастся почерпнуть все, что ей необходимо знать об управлении «Подкейн» из тех распечаток, что прислал Вейнстейн. Как насчет этого, Мэри?

Мэри Лэнг лежала на боку, поперек той импровизированной койки, где недавно находился пилот «Подкейн» Лу Прегер, безразлично кивая головой. Глаза ее были полуоткрыты.

По совету медика с борта «Э. Р. Б.» Сон дала ей транквилизатор из запасов погибшего доктора. Лекарство избавило ее от необходимости яростно бороться с той безумной паникой, которую ей хотелось бы высвободить. Оно не придало ей решимости. Она сдалась, и не способна была сделать хоть что-нибудь для кого бы то ни было.

Когда оболочка лопнула, Лэнг быстро нахлобучила шлем. Затем, борясь с метелью и колебаниями днища купола, она рванулась к тому лишенному крыши каркасу, где спали остальные участники экспедиции. Все закончилось за десять секунд, и ей пришлось выбираться из-под оседавшей крыши, которая сразу же похоронила ее под складками прозрачного пластика. Это было слишком похоже на кошмар, в котором оказываешься по колено в зыбучих песках. Ей пришлось бороться за каждый метр, но цели она достигла.

Достигла для того, чтобы увидеть, как ее товарищи по шестимесячному путешествию, с лицами, покрытыми кровью, беззвучно хватают ртом воздух, пытаясь надеть скафандры. Безнадежно было выбирать, каких двух-трех она успеет спасти за то время, какое у нее было. Она могла бы добиться большего успеха, если бы не странность происходящего; она была в шоке, и наполовину считала, что это всего лишь кошмар. Поэтому она схватила ближайшего, которым оказался доктор Рэлстон. Он почти закончил надевать свой скафандр, поэтому она нахлобучила на него шлем, и бросилась к следующему. Это был Лютер Накамура, и он не двигался. Хуже того, он не успел надеть костюм. В сущности, ей следовало оставить его, и спасать других, у кого еще были на это шансы. Теперь она понимала это, но сейчас такой подход нравился ей не больше, чем тогда.