Двойной порыв ветра привел его в чувство. Он попытался вытащить из грязи руки и услышал звук рассекаемого быстро летящими аппаратами воздуха.

Он согнулся и перекатился на спину. Потом попробовал встать на ноги. Форма тянула его к земле, добавляя к его весу десять килограммов налипшей вязкой глины, которую не мог смыть проливной дождь.

Райкер опять, не подумав, смахнул с глаз прядь волос. По лбу размазалась липкая жижа.

– Лейтенант Бару! – позвал он.

Широкая колонна зеленой энергии прорезала ночь, шторм и обшивку «Энтерпрайза.» Луч проник внутрь корпуса недалеко от уже разобранного инженерами сегмента и Райкер увидел внутренние палубы, залитые светом разрядов применяемого оружия. Вокруг не было видно ни одного из членов почетного караула.

Луч, очевидно исходивший из летательного аппарата, прорезал «Энтерпрайз» насквозь. Внутри его корпуса раздались последовательные взрывы. Безотчетно Райкер осознал, что луч задел несколько зарядов самоуничтожения. Хотя инженеры их дезактивировали, еще не все заряды были извлечены.

– Коммандер!

Райкер развернулся и увидел пробирающуюся к нему Бару. Налипшая на нее мокрая темная грязь тускло отражала вспышки атаки. Она прихрамывала и держалась одной рукой за плечо. Другая ее рука беспомощно висела.

– Кто это? – прокричала Бару, подходя к нему.

Райкер дернул плечом. У него не было даже ни малейшего подозрения.

– Нам надо добраться до шаттла, – сказал он.

Здесь, внизу, они были беспомощны. Он должен подняться наверх, ведь на инженерных челноках стояло хоть какое-то вооружение. Надо было бороться.

Бару оглядела лагерь. Огни пожаров, молнии, плазменные разрывы отражались в окружающей их грязи. Они, казалось, стояли посреди бушующего моря огня.

– Челноков там не окажется, – сказала она.