Видимо, в этот вечер, несмотря на недавний разговор, Глория пребывала в хоро-шем настроении. Виктор, ступая на носочки, уже раскрыл было руки, готовый об-нять девушку, как та вдруг, даже не поворачивая головы, спросила:
— Я хочу заказать меню комбайну, что бы ты хотел на завтрак?
Виктор со вздохом опустил руки: и на этот раз не удалось.
— Тебя не обманешь…
— Да, и пробовать не стоит, — Глория улыбалась, она всё ещё стояла к Виктору спи-ной, но в её голосе, в волосах на затылке, украшенных перламутровой лентой, в прямой, не сутулящейся спине, ощущалась нескрываемая довольная и ироничная улыбка. Виктор обхватил Глорию, сомкнув руки у неё на талии, прижался щекой к её виску, чувствуя кожей мягкие щекочущие пряди волос. Глория неслышно рас-смеялась, склонив голову к левому плечу. — Ты топаешь, как испуганный ложбинный волк…
— Неправда, — прошептал он в ответ, жмурясь от удовольствия. — Я старался, как мог, а вот ты не можешь хотя бы раз притвориться, это же не так и сложно…
— Конечно, я могу сделать вид, что не слышу, но твои мысли и намерения… От них никуда не денешься, — Глория чуть двинула плечом, и Виктор ослабил хватку.
— Знаешь, миленький, ты мне немного мешаешь. Мы можем остаться без завтрака, если я не введу программу в меню-комбайн. Или ты опять пойдёшь до Гаргаты? — Виктор тяжело вздохнул, убирая руки, и только разомкнул губы, собираясь что-то сказать, как Глория перебила его:- Тихо, я уже знаю, что ты хочешь сказать. Когда ты сердишься, ты весь, как на ладони. Прозрачен, как льдина…