— Американцы тоже здесь. Причем на всем новом.

— Богатые люди. — Третьяков снова отхлебнул из поилки сладкого до вязкости чая, прищурился, как навернувший сметанки кот. — Хотя не гоняйся они за новьем, продолжи «Аполлон» — могли бы с семидесятых вообще лунный город построить. Луна-сити. Или хотя бы Луна-таун. А мы бы летали к ним только в гости. С коньяком в набедренном кармане.

Оба засмеялись. Планшет на коленях итальянца басовито гукнул. Пьетро открыл окошко, кинул короткий взгляд на колонку цифр.

— «Верона» сообщает — процесс завершен. Пойдем посмотрим, что там накапало?

— Да, пора. Судя по телеметрии — литров десять кислорода. Пора менять дьюар.

Пьетро поводил пальцем по экрану, уточняя данные, засунул планшет под резинку на стене. Сергей поставил поилку в держатель, полупрошел-полупролетел в дальний конец «Бочки», скрылся за занавеской. Зажурчало.

— До чего приятно, когда есть хоть какая-то тяжесть. Пьетро, смена караула?

— Обязательно. Порядок есть порядок! — Они с трудом разминулись в узком проходе.

— Иногда мне кажется, что ты не итальянец, а немец. Ordnung muss sein

— Какого черта, Сергей! Еще немного — и тебе пришлось бы мыть туалет! Я чуть не промахнулся! Из-за твоих шуток!

— Понял, раскаиваюсь. Но ты же химик, Пьетро! Я думал, настоящий химик попадет струей реактива куда утодно и в каком угодно самочувствии. По крайней мере, тогда на даче ты разливал в абсолютно салатном состоянии. И ни капли не пролил. Уважуха.

— В салатном?!

— Это когда спят лицом в салате, — и, не обращая внимания на сердитый взгляд напарника, уже совсем друтим тоном, в микрофон: — Orbital Base, Orbital base. Here's Monblan-One.

— Monblan-One, Here's Vega-One on Orbital Base

— Привет, Настя. Куда Боба подевала?

— Роберт спит. Просил передать: ладья а-один — а-три.