— Пятнадцатый горит! — послышалось из далека. — Скорее, пятнадцатый горит!

Эрик посмотрел на Константина.

— Не может быть. Там по колена воды.

— Пятнадцатый горит!

Константин сорвался с места, помощник следом. Все как вымерли, в отсеках ни души, подбежали к насосам, и тут никого. Скоро Эрик обогнал картографа, позади них послышался топот. Константин оглянулся, крикнул, что есть мочи:

— К насосам! Качайте, качайте воду!

Его поняли: несколько секунд, и шланги, что тянулись по отсекам вздулись от давления, эфир наполнился тяжелым дыханием поршней. Чем дальше по коридору, тем гуще дым: все хуже видно и тяжелее дышать. Картограф запнулся о что-то большое, мягкое, чуть не упал.

— Осторожней, — услышал впереди придушенный голос помощника. — Тут еще двое.

Скоро Константин наткнулся на еще два тела, и опять чуть не упал. Потом потерял ориентир, растопырил руки в поисках стены, закрутился на месте, но услышал кашель Эрика, и опять:

— Пятнадцатый горит! Все сюда!

Кто-то тяжело дыша шел ему на встречу.

— Держи крепче, не роняй…

— Дышать нечем… Сможешь сам?

— Да куда мне, борова такого. Давай-давай, там еще двое…

Картограф, пропуская их, прижался к стене, сказал не своим голосом:

— Через двадцать метров справа дверь, комната проходная, потом лестница, — закашлял. — Оставите его и живо назад.

— Капитан, это вы?

— Да Макс, это я. Кто с тобой?

— Со мной братья. Лем отключился… Там еще двое… их паром обожгло… время потеряли, если б…

— Идите-идите! Потом… все потом…

— Поздно сменили… угорели все… пришла смена, и тоже нахлебалась… занялось в один момент…