— Спасибо. Я буду стараться. Я…

— Конечно будете. Я в людях не ошибаюсь. Вы теперь лицо ответственное, и… удачи! Следующий!

Глядя ему вослед картограф улыбался.

"Сначала поздравят, потом по душам говорить станут: "а ты изменился", "нет, я действую в интересах всех", а после возненавидят. А будешь плохо работать, разжалую, потом кусайся, — уже не больно.

Время, время выиграть надо. Обещать: Премии, звания, перспективы рисовать. Самолюбие у вас, тогда хватайте: про уважение… новый уровень… личностный рост… Как, уже разгрызли? а медаль хотите? Могу титул пообещать. Нет- ну тогда по зубам. Страх и жадность — вся ваша психология. Хм… Я стал циником? Не я ли еще два месяца назад, что-то там, про душевный поиск и приверженность идеалам… Славные ведь тосты говорил, главное искренне. Всего два месяца… а человек-то уже ни тот. Перевернулось что-то внутри. Тогда еще, в первые дни, когда дверь заварилась… Почти сутки жарились. Двое там и остались. А меня азиат вытянул… а теперь и его нет.

Ладно, не о том я. Время, время — всего-то неделю надо…"

— А Рулевой, и вы ко мне? Кажется, Бучинский?.. правильно?

— Правильно, месье Константин, но по паспорту я Квочер.

— Угу… что у вас?

— Рулевое колесо заклинивает. Срываем, но… что-то с подшипниками… Сложное устройство, все трещит и…

— А что мастер говорит? — спросил картограф.

— По штурвалу один мастер, и того нет. То есть, как бы есть, но… За те деньги, что ему платят работать не станет, да и за любые… он ведь богач теперь, а вы не знали? Не знали? Он же весь аванс прогулял. Эта ж такая история…

— Я не понимаю.

— Кажется я могу объяснить, — обратился к картографу учетчик. — Мастер… Таль, если не изменяет… получил наследство. Дед у него — плантатор был. Узнал о смерти, как отплывали… Хотел сняться, да кто ж его отпустит… Штрафы каждый день, а он посмеивается только…