- А ну их, Дженкинсов, - сказал я.

Грэйс не слышала. Она курсировала между гостиной и столовой, и я заметил, что всякий раз, когда она входила в гостиную или выходила из нее, она делала крюк в одном и том же месте. Заинтригованный, я подошел к пятачку, который она упорно огибала, и попрыгал, проверяя, не худой ли там пол или еще что не так.

В эту минуту она вернулась и от неожиданности вскрикнула:

- Ой!

- Что-нибудь не так? - спросил я.

- Нет, просто странно видеть вас здесь.

- Виноват.

- Видите ли, здесь у вас стоит сапожный верстак.

Я потянулся, с тревогой глядя, как она наклоняется над воображаемым верстаком. Думаю, что именно тогда я впервые насторожился, мне сразу стало как-то не до смеха.

- Ну да, а в ящичках для гвоздей посадите плющ, - пояснила она. Здорово придумано?

Она снова обошла верстак, чтобы не ободрать коленки, и стала подниматься по лестнице на второй этаж.

- Можно, я разведаю, как тут у вас? - спросила она непринужденно.

- Валяйте, - сказала Энн.

Джордж встал с кушетки. Посмотрел наверх, куда уходила лестница, затем протянул пустой стакан.

- Еще можно?

- Ох, простите, Джордж. Мы совсем вас бросили. Ну, конечно. Наливайте. Бутылка там, в столовой.

Он молча прошел туда и плеснул себе добрых полстакана виски.

- Конечно, плитка в ванной совершенно не в цвет с вашими полотенцами, донесся голос Грэйс сверхуг

Энн шла за ней с покорностью служанки и мрачно согласилась:

- Да, конечно.

Джордж поднял стакан, подмигнул мне и осушил его до дна.

- Не принимайте близко к сердцу, - сказал он. - Она всегда так. Дом у вас мировой. Мне очень нравится, да и ей тоже.

- Спасибо, Джордж. Приятно слышать.

Когда Энн и Грэйс спустились вниз, вид у Энн был весьма растерянный.

- Ох, уж эти мне мужчины! - сказала Грэйс. - Считаете нас глупенькими, да? - Она улыбнулась Энн, как старой подруге: - Где им понять, что нужно женщине. Кстати, о чем вы тут говорили, пока мы так славно поболтали?