Картины былых подвигов графа во славу Отечества не утешают истерзанную душу. Он - лишь слабая тень того, прежнего Орлова, портретами которого на фоне Чесменского сражения увешен весь дом: "По бесконечной анфиладе дворца движется согнутая фигура - чудовищная огромная спина в шитом золотом камзоле. Тяжелый стук медленных старческих шагов... Золотая спина шествует мимо портрета в великолепной раме. На портрете изображен молодой красавец, увешанный орденами, в Андреевской ленте через плечо... Горят корабли на портрете..."

Помещение главного подвига графа Орлова в рамку картины подчеркивает нереальность, неестественность событий далекого прошлого. Ведь корабли горят только на холсте... Зато реальна и естественна согбенная спина дряхлого старика, едва волочащего ноги. Заметим, пожилой Орлов не сразу повернется к нам лицом. "На фоне портрета молодого красавца возникает изборожденное морщинами, обрюзгшее лицо старика в парике... В последнее время у графа Алексея Григорьевича появились большие странности: он стал часто заговариваться и еще развилась в нем необыкновенная тяга к щегольству. Теперь каждое утро граф шел через бесконечную анфиладу, и лакеи кисточками накладывали определенные его сиятельством порции пудры на парик. Ох, не дай Бог ошибиться!.. Движется согнутая фигура, и в дверях каждой следующей комнаты дрожащий лакей украшает пудрой графский парик. И крестится, когда граф проходит мимо...

Тридцать восемь лет назад сержант Изотов закрыл грудью графа от турецкой пули в знаменитом Чесменском бою. И теперь дожива6ет век в его доме...

- Когда цыгане с плясунами да песельниками придут - пустить их на бал. Она веселье любила, - радостно приказал граф.

- Да какой же нынче бал, Ваше сиятельство? Никакого бала у нас нет, удивляется старый слуга.

- Ан есть, - с торжеством ответил граф. - Пятое число сегодня - ее день... Схоронили ее... В этот день она ко мне на бал каждый год приходит...