Нам было сказано захватить завтраки, но они, конечно, были в рюкзаках, запертых в багажном отделении автобуса. А поскольку рюкзаки грузились в багажники как попало, многие из наших вещей оказались в первом автобусе и наоборот.

Мисс Эдейр поговорила с мистером Кэмпбеллом по мобильному телефону (оказалось, у нее тоже был такой), и они решили, что с едой можно потерпеть, пока не приедем.

Так что к тому времени, как наш автобус, рыча, въехал на стоянку базового лагеря у горы Лонгуэй, мы умирали от голода. И те, что ехали в другом автобусе, тоже, потому что они ждали нас.

Они стали кричать на нас и спрашивать, где мы пропадали. Как будто это мы были виноваты, что наш автобус застрял, а Двейн потерял контактную линзу.

Мы высыпали из автобуса, огляделись и не увидели ничего вдохновляющего. Стоянка представляла собой большой кусок расчищенной земли, окруженной пыльным кустарником. За ней виднелась другая стоянка, а дальше длинное, уродливое кирпичное здание, где, по-видимому, помещались туалеты и душевые, и что-то вроде деревянных хижин с окнами, закрытыми ставнями.

Наверное, изначально было задумано, что мы разместимся в лагере, а потом устроим чудесный пикник под деревьями, наслаждаясь красотами природы. Но, конечно, для этого мы были слишком голодны. Как только рюкзаки были выгружены, все набросились на них, расхватали свои завтраки и начали их уплетать, стоя вокруг автобусов прямо на стоянке.

Мисс Эдейр вместе с мистером Джего, мистером Кэмпбеллом и миссис Фенелли пошли выпить чашку чая.

— Ничего не делайте, — строго сказала она нам. — Только поешьте, уберите за собой мусор в мешок и ждите, пока я не вернусь. Хорошо?

— Эдейр нервничает, — промычал Том, жуя бутерброд с сыром.

— А Джего выглядит так, словно собрался помереть, — прибавил Ник.