Извините, я не сказал еще, как это все у нас будет происходить. Защита и обвинение выступят с развернутыми показаниями, потом мы приступим к опросу свидетелей. В качестве свидетелей у нас присутствует Андрей Валентинов из Харькова - где он, я не вижу? А, вот он! Борис Штерн и Hаталья Гайдамака Hаташа вообще свидетель первых шагов Генри Лайона Олди, насколько мне известно. В качестве судебно-медицинского эксперта у нас присутствует Дмитрий Рудаков, большой и красивый мужчина. Это потрясающий человек, он специально приехал из Санкт-Петербурга. Это инициатор и владелец интернетовского книжного магазина, это человек, который ведет интернетовские страницы у Олдей и других писателей, и вот сейчас от его усилий зависит вообще судьба фантастики и литературы, потому что книжная литература вообще-то находится в загоне. Здесь присутствует также в качестве свидетеля Марина Дяченко, лучшая половина судебного, так сказать, органа, но она в силу технических причин будет вынуждена вскоре покинуть этот зал. Что поделаешь, у нее маленький ребенок, за ним нужен присмотр.
Значит, я попрошу не волноваться, каждый получит возможность высказать свое мнение по существу сегодняшнего вопроса. Потом мы предоставим возможность вопросов обвиняемым и заслушаем их последнее слово. После чего у нас будет, так сказать, еще одно мероприятие. Итак, пожалуйста, слово прокурору.
Прокурор: Почнемо. Справа в тому, що я протягом останього тижня в жорстоких темпах та з шаленими наслiдками для власного здоров'я опановував книги богохульникiв, глумотворцiв i смiхотворцiв Громова i Ладиженського. В чому я iх можу звинуватити? Вони претендують на привласнення собi такого гiбридного термiну, як "фiлософський бойовик", але перепрошую, iхня творча позицiя суцiльно протилежна фiлософii. Розумiете, фiлософiя - це не гра ерудицii, це не якись гучнi лiричнi вiдступи i бесiди героiв на теми доль свiту. Це, так би мовити, та мiра, якою автор може зачепити найглибшi струни душi читача, i вiдповiдно змусити його замислитись. Як казав засновник японського театру Hо Дзэамi: "Десять долей душевного руху, сiм долей фiзичного руху." I оцi долi повинен встановити читач.