— Так что, соглашаемся мы на эту работу или нет? — напрямик спросила я. — Лично я — за.

Санни, Элмо и Том дружно кивнули. Немного выждав, Ник тоже кивнул.

Ришель к этому моменту перешла от ревизии ногтей к детальной проверке своих великолепных волос — с целью выявления посеченных концов. Наклонившись через стол, я похлопала ее по руке.

— Ришель, а ты как? За или против?

Она вскинула на меня свои огромные голубые глазищи:

— А о чем речь, какая работа?

Я собрала в кулак остатки терпения.

— Печатать рукопись и убирать в кабинете Эбнера Кейна, — раздельно и внятно произнесла я.

Ришель вздохнула.

— Лиз, ты же знаешь, печатать я не умею, — пожаловалась она. — И опять мне, наверное, придется копаться в скучных старых вырезках, раскладывая их по полкам или еще что-нибудь в этом роде. Всегда мне достается самая противная работа.

Это была такая наглая ложь, что мы все возмущенно уставились на нее. Она опять вздохнула.

— Ну уж ладно. Все равно ничего другого пока нет. А мне нужны деньги. Так что я, пожалуй, тоже — за.

Я кивнула, и мы все встали, чтобы идти. Ришель огляделась, ища свою сумку.

— Послушайте, — сказала она, вновь оборачиваясь к нам. — А кто такой этот Эбнер Кейн?

На следующий день после уроков мы отправились к Эбнеру Кейну. Мы уже, конечно, успели объяснить Ришель, кто он такой, и теперь она жаждала с ним познакомиться. В основном из-за двух его книжек — «Темные замыслы» и «Я помню Грейс», по которым были сняты фильмы.

Ришель только тем и занимается, что постоянно листает журналы. А на книги у нее времени не остается, за исключением обязательной литературы — того, что задают в школе, тут уж ничего не поделаешь.