Не мог двух слов связать во время спора, ни одного разумного довода не привел. Естественно, что Арнике с ее «растительным», совершенно чуждым людям разумом наша жизнь и наши ценности кажутся дикими. Конечно, она не понимает ни живописи, ни литературы, и как можно понять то, чего никогда не чувствовал. А я-то, идиот, развернул перед девушкой всю широту собственной души! Удовольствия мне, видите ли, подавай. Интересно, что она могла обо мне подумать?.. А что тут думать! Вот еще один представитель человекообразных, подтверждающий общее правило. Секс, еда и дорогие шмотки… Черт! А я ее еще и в ресторан потащил! Представляю, как она на меня смотрела, когда я, не видя ничего вокруг, уминал все, что попадалось под руку, при этом пытался острить и не понимал, почему нет реакции на мои шутки.

Домой я вернулся окончательно уничтоженный и посрамленный. Естественно, Лис не спал, готовый своими замечаниями переполнить чашу моего отвращения к себе.

— Ну как?

Я мрачно посмотрел на него и направился в свой кабинет.

— Ты что-то не слишком доволен. Я рухнул в кресло и отвернулся. Он забеспокоился:

— Что случилось?

— Ты оказался прав. Она помесь фиалки с актинией, а я идиот.

— Нет. — Лис усмехнулся. — Ты не идиот. Просто мой брат немного слишком самоуверен. Ты думал, она будет очарована тобой, как все остальные.

— Ну-у…

— Думал. А ей все равно.

— Если бы ты знал, как я вел себя, тебе было бы за меня стыдно. За меня и за все человечество.

Он расхохотался:

— Не думаю. Ерунда это все. Завтра ты и не вспомнишь, что была какая-то там Арника.

— Надеюсь.

— Вот и отлично. Советую тебе лечь спать.

— Нет, я еще немного попредаюсь самоуничижению.

— Ладно, только не забудь погасить свет, он мне мешает. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — отозвался я задумчиво, когда за Лисом закрылась дверь.