Капитан вздыхает.

- Не ожидал я, Анатолий Сергеевич, что и вы будете надо мной подшучивать...

- А я и не шучу вовсе. С чего это вы взяли? Я ведь тоже физиком себя считаю. Во всяком случае, учился когда-то на физико-математическом.

- Знаю я это, - недовольно бурчит Уралов. - Потому и удивляюсь, что вы мне такие банальные вопросы задаете...

- Ну, ладно, ладно, - смеется Астахов. - Мне не нравится только, что вы такой хмурый сегодня.

- Почему же хмурый? - пожимает плечами Уралов. - Просто не хочется надоедать. Знаю - вам теперь не до меня.

- Слыхали, значит, о наших неприятностях?

Капитан молча кивает.

Полковник высовывается в окно, подставляя голову встречному ветру. За окном непроглядная ночь, лишь цепочки электрических фонарей четким пунктиром прочерчивают улицы невидимого поселка.

Вспоминая недавний разговор с генералом, полковник молча стоит некоторое время у окна, потом, повернувшись к капитану, спрашивает:

- А вы, кажется, не очень довольны, что я вас от лаборатории оторвал?

- Можно мне тоже вопрос задать?

- Пожалуйста.

- Могу я узнать, с какой целью вы сделали это?

- Просто так. Решил, что вам не мешает проветриться.

Капитан смотрит на Астахова долгим, недоверчивым взглядом. Говорит задумчиво:

- А Шахов сказал, что вы хотите на оперативную работу меня перевести...

- А если бы и так?

Теперь высовывается в окно капитан и, не отвечая Астахову, долго всматривается в ночную тьму. Она беспросветна - ни огонька на земле, ни звездочки в небе. Поселок с бусинками электрических лампочек остался где-то позади, и не понять уже, что там во тьме - поля или леса. А поезд все мчит вперед, не сбавляя хода даже на станциях. Сильно бьет в лицо встречный ветер.

Астахов терпеливо ждет. Он догадывается, почему капитан так медлит с ответом.