Генерал Гарнер еще раз перелистал личное дело Хоуса, затем отложил его в сторону и нажал кнопку селектора: — Пусть войдет.

Дверь распахнулась. Вошедший щелкнул каблуками.

— Господин генерал! Лейтенант Хоус по вашему приказанию…

— Вольно, лейтенант. Проходите, садитесь.

Некоторое время генерал всматривался в лицо лейтенанта. Молодое открытое лицо, сияющие глаза… Это юноша сделал открытие, которым собирается осчастливить человечество.

— Я прочел ваш рапорт самым внимательным образом. И все же я прошу вас лично рассказать о происходивших с вами событиях.

— Две недели назад, седьмого числа, я вылетел в пограничный сектор Дельта-3 на самолете класса F310M. В задачу полета входило испытание нового типа двигателей в условиях длительного беспосадочного перелета. В 15:05 я получил метеопредупреждение о начинающейся буре в заданном районе. Я запросил базу и получил приказ продолжить полет. Вскоре я вошел в полосу шторма. Грозовые разряды создавали сильные помехи, и связь с землей практически прекратилась. Поэтому, вероятно, я не получил приказа вернуться, когда буря усилилась. Вести машину в создавшихся условиях было крайне сложно, и один из двигателей вышел из строя — очевидно, новая конструкция содержит скрытый дефект.

— Наши инженеры уже разбираются в этом. Продолжайте, лейтенант.

— Я не мог совершить вынужденную посадку — подо мной был океан. Нагрузка на оставшиеся двигатели резко возросла, и, опасаясь за них, я снизил мощность. Самолет уже не мог сопротивляться натиску бури, и меня сносило все дальше в океан. Когда я взглянул на приборы, чтобы определить свои координаты, то не поверил своим глазам: я пересекал Границу! Катапультироваться было уже поздно. Я ожидал, что в следующую секунду буду расстрелян СПК противника. Но секунды шли, и ничего не происходило. Я осознал невероятный факт: В СПК Восточного полушария существует брешь, и я в нее проскочил! Разумеется, я решил использовать это обстоятельство и произвести разведку.