— Ничего нет, — доложил охранник.

— В портфеле тоже ничего, — подтвердила Ли.

— Верните ему портфель, — велел Пао, — и подождите за дверью. Оба.

Ли и мужчина повиновались. Когда дверь за ними закрылась, Рэйф с портфелем под мышкой подошел к руководителям Проекта и уселся на стул напротив.

— Вам никто не предлагал сесть, Харальд, — сказал Форбрингер. — Вы знаете, что за одно только ваше появление здесь вас можно арестовать? Никто из участников Проекта, кроме Мартина, не имеет права возвращаться на Землю.

— Где Мартин? — спросил Пао Галло.

— Остался на Луне.

— Значит, он послал вас?

— Нет, — ответил Рэйф, — я его запер и полетел вместо него.

— И вас взяли на борт без каких-либо на то указаний? — изумился Форбрингер.

— Я дал им понять, что везу на Землю документы, которые наконец сдвинут с мертвой точки главную и единственную проблему всего нашего Проекта: как избежать разрушения нервной системы при замораживании. Ведь из-за этого Проект топчется на месте уже три года. Ни одного межзвездного перелета так и не осуществили, — сказал Рэйф. — Я их уверил, что есть некие тайные и веские причины, по которым вместо Мартина лететь необходимо мне.

— Разумеется, никакого решения этих проблем у вас нет, — утвердительно произнес Форбрингер.

— Нет, — подтвердил Рэйф.

— Понятно, — неуверенно протянул Пао, — ну, тогда говорите, зачем вы здесь.

— Эбнер Кармоди Лезинг, — сказал Рэйф. — Биофизик, которого я рекомендовал для работы в Проекте три года назад, а отборочный комитет отверг. Я звонил на Землю вчера, но не смог с ним связаться. Мне сообщили, что он исчез восемь дней назад.

Рэйф замолчал и посмотрел на своих собеседников.

— Так что же случилось с этим, как его, Лезингом? — после паузы спросил Форбрингер.

— Этот же вопрос я задал Мартину, — сказал Рэйф, — перед тем как запереть его. Он заявил, что ему ничего не известно об исчезновении Эбнера.