Блзкни.

Худые Блзкни, высокие Блзкни, низкие Блзкни, старики, молодые, мужчины и женщины. Казалось, имелся некий стандарт, единая колодка, по которой все остальные вытягивались или сжимались, только трудно было представить себе, каков именно этот стандарт, какова в точности эта колодка.

— Звездокрай, значит, — произнесла Молодая Мзри Верзила. — Других никаких не живет у Блэкнимира. Звездокрай. Одинаковые с Капитанами.

Молодой Билл Белобрысый указал жгуном на Суламифь.

— Ребенок растет, — сказал он. — Кругом гребем, гребем кругом. Скоро ребенок.

С огромным усилием Роберт разомкнул веки.

— Да. Очень скоро у нее родится ребенок. Будем признательны вам за помощь.

Старый Билл Белобрысый, опираясь на клюкотрость, приплелся глянуть еще разок.

— Мы происходим, — поведал он, вплотную приблизив свое лицо к лицу Роберта, — от Капитанов. Не слыхали? И другие тоже? Смешно. Мы происходим, вишь ты. От Капитанов. Капитана Тома Блэкни. И его жен. Капитана Билла Блзкни. И его жен. Братья, они-то. Джинни, Мзри — жены Капитана Тома. Другая Мзри — жена Капитана Боба. Была и еще жена, но мы не помним, как ее. Они жили в Звездокрае. Вы тоже? Молчок, вы? Ей-ей, Звездокрай?

Роберт кивнул и спросил:

— Когда? Когда они прилетели из Звездокрая? Те братья, о которых вы рассказали?

Опустилась ночь, но ламп не зажигали. Лишь трепетали в очаге языки пламени, жадно поглощавшего сочащиеся смолой маслянистые жгуны, освещая просторное помещение.

— Когда? — переспросил Старый Том Рыжий, ковыляя к сидикреслу. — Пять сотнялет. Давнодавно.

Неожиданно подала голос Старая Мзри Коротышка:

— Они смешноходят. Они смешнословят. И смешновыглядят тоже!

— Ребенок. Растет ребенок, скоро.