Мир перенаселен, переполнен людьми. И всем им свойственно коллективное бессознательное — общее царство грез.

Когда пчел в улье становится слишком много, они «понимают», что пора роиться, и половина улетает на поиск нового улья. А у нас один-единственный улей, один-единственный мир. И вот настала пора роиться, но нет у нас иного пространства, кроме…

— Почему ты замолчал? — требовательно спросила Мэгги. — Ну-ка признавайся!

— Просто мне хотелось бы получить полицейскую сводку. Например, много ли сообщений об исчезновениях поступило к ним за последние сутки. Сколько людей пропало без вести. Дейв, ты ведь играешь в гольф с главным констеблем?

— Раз в год…

— Сделай одолжение, позвони ему.

Дороти великолепно знает свое дело, так что< спрятаться от нее невозможно. Уже через двадцать минут Дейв беседовал с констеблем, бросая на меня интригующие взгляды.

— Кажется, ты угадал. Он спрашивает, откуда мы об этом узнали, — сообщил он, прикрыв микрофон ладонью. — Сперва они думали, что люди просто не сумели добраться до места своего назначения. Не хватило бензина или еще что-нибудь в этом роде… Слушай, поговори с ним сам.

Я взял трубку.

— Могу сказать вам только одно, — игнорируя его вопросы, произнес я. — К вечеру звонков об исчезновениях будет столько, что они захлестнут вас с головой.

— Я это запомню. И ваше имя я тоже запомню, не сомневайтесь.

Он бросил трубку. Дейв с сомнением изучал меня.

— Окажите нам любезность, — язвительно потребовал «Большой Мак». — Объясните, что происходит.

— Дело в том, — начал я, — что разум творит реальность. Наши идеи создают мир…

— Разве что условно, — перебила Салли-Энн, тряхнув каштановыми кудряшками. — Так сказать, в философском смысле. Однако, — она с силой стукнула ладонью по столу Дейва, — вот тебе и опровержение. Плетью обуха не перешибешь.

— Но что если разум действительно в состоянии сотворить реальность? Мир стал слишком тесен для нас.