Женщина плавно двинулась к Эрику.

— Нет! — Позабыв об усталости и о боли в ноющих мышцах, Йон проворно вскочил на ноги. Один шаг — и он заступил женщине дорогу.

Видение рассмеялось. Потом в ушах Эрика зазвучал голос — он был, безусловно, женским, но таким же громким, властным, повелительным, как у великого конунга.

— В сторону, человечишка! Твое время придет. Я пришла за Эриком Вором, которого ты зовешь Вороном.

— Нет! — повторил Йон и, вытащив меч и пригнувшись, встал в оборонительную стойку, загораживая собой распростертое на траве тело брата.

Женщина смерила его мрачным взглядом; одного этого было достаточно, чтобы напугать кого угодно.

— Забрать мертвого в моей власти.

— Но он не мертв.

— Будет мертв. Прочь с дороги, червяк, иначе мне придется убить тебя. Ты попадешь в Хель

Йон похолодел от ужаса, и тотчас же к нему вернулась вся его усталость. Больше по привычке, чем сознательно, он заглянул в глубь себя, ища там Волка-хранителя: он один мог дать ему сейчас ярость и силу для битвы.

— Это мы еще посмотрим.

— Ты храбр, но глуп… — Женщина выхватила топор. В тот же миг справа и слева от валькирии выросли фигуры двух ее сестер. Все трое приняли безупречную боевую стойку, устремив на Йона мрачные, исполненные безжалостной свирепости взгляды.

Йон почувствовал, как у него задрожали колени; он призвал на помощь все свое мужество.

И Волк пришел к нему. Йон слегка вздрогнул, когда услышал внутри себя протяжный вой, эхом отдавшийся в каждой клеточке тела. Сила могучего черного зверя вливалась в его мускулы, а горящие красным огнем свирепые глаза наполняли Йона неистовой яростью берсеркера.

— Если вы пришли за моим братом, то сначала вам придется убить меня! — выкрикнул Йон и, вдохновленный своим покровителем, бросился на валькирий. Серебристая сталь его клинка сверкала в воздухе и, звеня, сталкивалась с лезвиями трех топоров.