Замок, обидевшись на такое хамское обращение, издал лишь тихое «пуф» и выпал со звоном из ячейки. Дверь медленно отъехала в сторону.

Кромин вошел, огляделся и удовлетворенно вздохнул. Собственно, биомеда и импульсника вполне бы хватило, чтобы доказать вмешательство Федерации Гра в дела неподмандатного мира. Но если бы даже федералы попытались отпереться, ссылаясь на отсутствие незаинтересованных свидетелей, возможность провокаций и прочие юридические нюансы, то вот этот большой зал, напоминающий отсек орбитальной станции и битком набитый аппаратурой, спрятать они точно не успели бы!

Можно возвращаться, решил Кромин, но тут же заметил в дальнем конце зала кресло, в кресле чей-то затылок и уши. Из ушей торчали акустические вводы.

Подойти к нему и дать пару раз по наушникам, что ли? С одной стороны, самое правильное — быстро уносить ноги, прорываться на терминал и вызвать бот с полным комплектом наблюдателей. С другой — все равно он уже здесь наследил, да и Горбика оставлять не следует. Вдруг наюгиры сорвут свою злость на профессоре.

Судьба Изольда беспокоила Кромина в меньшей степени, он почему-то был уверен, что тот вывернется из любой ситуации.

Отсюда было видно, что перед креслом располагались мониторы, на которых что-то беззвучно перемещалось, дергалось или просто замирала неподвижная картинка. Заинтересованный Кромин подошел ближе, наюгир ничего не услышал… «Эге, — вдруг замер Кромин, — да это и не наюгир вовсе!» Волосы на затылке сидящего были сплетены в тонкую косичку, уходящую за воротник. Для бритоголовых наюгиров это было бы чересчур вызывающе, а вот для федерала — в самый раз.

Кромин заблокировал дверь и подкрался к креслу в тот самый момент, когда сидящий потянулся, разминая плечи, а затем снял с ушей изогнутые держатели акустических вводов.

И тут же получил от Кромина ладонями по ушам!