Федерал тонко взвизгнул, подпрыгнул на месте и, получив тычок в спину, вылетел из кресла головой в монитор. Пролетев сквозь картинку и чуть не сбив тонкую форматирующую рамку, коренастый федерал в падении сгруппировался и, оказавшись на ногах, угрожающе вытянул вперед пальцы в боевой стойке.

Кромин показал ему импульсник и укоризненно погрозил пальцем, следя за глазами федерала. Тот непроизвольно бросил взгляд в сторону — там, на ребристых цилиндрах энергогенераторов лежал другой импульсник. Не сводя с противника глаз и держа его под прицелом, Кромин осторожно подобрался к генераторам, нащупал оружие и, вынув из рукояти батарейку, опустил ее в карман.

— На пол! Руки в стороны! — скомандовал Кромин на плохом граанском.

Все его познания сейчас умещались в пределах военного разговорника. Что дальше — спросить, где его база? Так вот она! Что там еще было? Сколько солдат в подразделении? Ага, надо выяснить, сколько их тут еще!

Между тем федерал и не думал ложиться на пол. Он с презрением посмотрел на Кромина и плюнул в его сторону.

— Сам ложись, нечистоплотный земной мертвоед!

Про себя Кромин отметил, что федерал сказал это в ключе достойного утверждения, тогда как следовало произнести в ключе отрицающего достоинства. И только потом сообразил, что федерал говорит на чистейшем наюгири!

На мониторах сменяли друг друга изображения помещений, наружные пейзажи, общественные площадки, аграрные угодья в крытых каньонах — Наюгира во всей красе. Судя по всему, наюгиры и не знали, что красой их любуются федералы, напихавшие свои микросенсоры практически везде.

Прошло, наверное, с полчаса, пока Кромин сообразил, как манипулировать сенсорами и добраться до того или иного места. Ему помогло изображение его комнаты, в которой он оставил связанного целителя. Случайно наткнувшись на нее, он понял, как двигаться по ярусам и по всем помещениям, где есть глаза и уши федералов.